Про «нарциссов», «абьюзеров» и «токсиков» не слышал разве что ленивый. Распространившаяся в массах поп-психология жонглирует этими понятиями, привлекая внимание публики. Между тем такие термины, как невротик, пограничник и психотик, являются более научными и проживающими свет на природу человека.
Эта терминология зародилась в психоанализе еще во времена Зигмунда Фрейда, но наибольшее развитие получила стараниями американского психоаналитика Нэнси Мак-Вильямс. В своей книге «Психоаналитическая диагностика» она рассматривает эти уровни функционирования человека через призму идентичности, используемых защит и тестирования реальности.
Примечательно, что в современной психиатрии термин «невроз» уже вышел из обихода. В Международной классификации болезней десятого пересмотра (МКБ-10) есть глава «Невротические, соматоформные и связанные со стрессом расстройства», но в МКБ-11 никаких намеков на «невроз» уже нет. Зато это понятие, восходящее к Фрейду, продолжает успешно использоваться в психологии, причем не только в психоанализе, а и во всех психодинамических подходах – таких, как терапия, сфокусированная на переносе, транзактный анализ, наша отечественная личностно-ориентированная реконструктивная психотерапия (ЛОРПт) и так далее.
В психодинамике различают понятия «уровень функционирования» и «регистр».
Уровни функционирования относятся к здоровым людям: все мы или невротики, или пограничники, или психотики. Регистры включают в себя ментальные расстройства, развивающиеся на базе каждого из описанных психологических типов.
Так, на основе невротического уровня функционирования могут возникнуть такие расстройства невротического регистра, как паническое расстройство (то есть повторяющиеся панические атаки), неврастения, специфические фобии, депрессия, ОКР, ПТСР.
Загвоздка в том, что эти же расстройства могут встречаться и в контексте пограничного регистра, в рамках которого они же текут тяжелее и часто принимают затяжной, хронический характер и, в отличие от невротического регистра, редко вылечиваются без психофармакологии.
Расстройства личности, расстройства пищевого поведения (булимия, анорексия, компульсивное переедание), алкогольная и наркотическая зависимость, генерализованное тревожное расстройство, рекуррентная (повторяющаяся) депрессия, биполярное аффективное расстройство – это всегда пограничный регистр.
Психотический регистр – это шизоспектр. Товарищи, полностью «отлетевшие» от реальности.
Я не буду и дальше утомлять вас умными терминами и сложными концепциями, а лучше живо, «на пальцах», обрисую, кто такие эти самые невротики, пограничники и психотики.
Невротик – сугубо нормативная личность. Он четко знает, кто он, что он и какой он. Он скрупулезно следует нормам общества. Он консервативен и боится расстроить родителей, соседей и уважаемую общественность в целом. Невротик послушно женится на том, кого сосватали родители, работает по выбранной ими профессии, женится раз и на всю жизнь постоянным браком, не склонен менять места работы. Таких людей называют «положительными» и добропорядочными; невротик скрупулезен и ответственен, на него можно положиться, на него можно «вешать» внеурочную работу – и он будет ее послушно выполнять. Он примерный семьянин, он не балуется такими вещами, как вторые жены, и очень озабочен вопросами нормативной нравственности. Словом, это не человек, а «доска почета».
Проблема лишь в том, что, прожив с полжизни, добропорядочный невротик вдруг обнаруживает, что он удручающе несчастен: он живет с нелюбимой женщиной, на работе на нем бесконечно «ездят», на душе – непроглядная тоска, потому что он живет «не своей жизнью». Другое дело, что он не может позволить себе развестись или сменить профессию, ибо нормативен, причем эта нормативность соответствует его собственным понятиям о хорошем и плохом, а не продиктована только лишь мнением родственников и соседей. Нет, он сам убежден, что должен быть добросовестным сотрудником и жениться один раз и на всю жизнь, он – перфекционист, желающий быть идеальным. Невротик во что бы то ни стало упрямо следует своим принципам, и, будучи неудовлетворенным собственной жизнью, продолжает безропотно и мучительно страдать и, когда чаша тихого кипения переполняется, «выходит» в панические атаки, навязчивые мысли и депрессивные состояния.
Пограничник – это совсем другой, поистине яркий и незабываемый персонаж. Эти те люди, которые часто порхают из одной профессии в другую, из одного брака в следующий; они конфликтны и авантюрны, ибо нередко заполняют рискованными поступками и удивительными приключениями ту пустоту и кризис идентичности, которые грызут их изнутри. «Я сменил пять медресе и семь групп обучения», разборки в интернете и конфликты с окружающими, от которых пограничник явно получает удовольствие; вторые жены, бесконечные временные браки, влюбленности, разочарования и расставания – это про них. Часто у них вообще нет постоянного брака и семьи, несмотря на всю их бурную личную жизнь; они гиперсексуальны и обладают высокой половой конституцией, а потому им скучно всю жизнь жить с одним партнером.
У пограничников плохое чувство времени, они вечно опаздывают; они эмоционально нестабильны, гневливы, нетерпеливы; они гедонисты и прокрастинаторы. Их жизнь кажется необыкновенно увлекательной, но сами они испытывают недостаток удовлетворения этой жизнью; им сложно быть в уединении, ибо вне бурного водоворота жизни их начинают съедать гнев, тревога, скука и одиночество. Они необыкновенно глубоко и остро чувствуют, их эмоции достигают экстремума: если они гневаются, то это испепеляющая ярость; если влюблены – то это любовь до исступления; если чем-то увлечены, то страстно – в отличие от невротиков, чьи эмоции умеренны и не склонны зашкаливать.
Примечательно, что высокофункциональные пограничники часто бывают очень успешны в карьере, бизнесе, политике. Собственно, у них происходит гиперкомпенсация дисфункциональности в других сферах жизни за счет работы, где они достигают высот именно в силу нестандартности мышления и отсутствия плоской, шаблонной нормативности. Если невротики пашут, как белки в колесе, то пограничники «рулят» бизнесами, не боясь рисковать и предпринимая неожиданные ходы. Творческая богема кишит пограничниками; они также наполняют оппозиционные, радикальные, несистемные политические организации. В общем, неповторимые люди.
Психотики – это совсем «отъехавшие» граждане. Если невротик и пограничник в целом адекватно тестируют реальность, то психотик с ней раздружился; он пребывает в мире иллюзий, фантазий и сиреневых единорогов, искренне принимая все это за действительность. Так, один мой давнишний знакомый, возомнивший себя не то принцем сказочным, не то индийским брамином, проникся мечтой жениться на прекрасной персиянке. Проблема была лишь в том, что он прозябал в провинции, получая 12 тысяч рублей, а персидские невесты просили махр в 300 тысяч евро и квартиру в центре Москвы. Принц переписывался с красавицами и пребывал в благостном целибате, удовлетворяясь духовным общением, – да, у психотиков часто сниженное либидо, и эта сторона жизни их интересует мало.
Психотический уровень функционирования, опять же, не следует путать с психозом как патологическим состоянием – точно так же, как пограничный уровень функционирования не сводится к пограничному расстройству личности, а лишь включает в себя ПРЛ как частный случай из пограничного регистра.
Психоз – это бред, галлюцинации, дезорганизованное мышление и дезорганизованное поведение. Это тот самый хрестоматийный случай, когда человек бегает в трусах по снегу с топором и считает себя Наполеоном, а в голове у него орет, вещает, нашептывает целый хор из голосов. Голоса обвиняют, комментируют и, что самое ужасное, могу приказывать убить или причинить вред себе или другим. Такие галлюцинации необыкновенно опасны, и больной подлежит недобровольной госпитализации, ибо представляет угрозу для себя и окружающих.
Бред бывает разный, в том числе самый цветистый. Больной думает, что его мысли не принадлежат ему, а вкладываются спецслужбами, которые управляют его движениями при помощи специальных лучей; соседи сговорились с целью убить его, потому что он избранный Мессия; все продукты вокруг отравлены; все его органы сгнили, а он умер.
Лечится это большими дозами антипсихотиков, и современная медицина научилась эффективно купировать эти состояния. Причём врачи говорят, что чем ярче и острее психотическая симптоматика, тем легче она излечивается.
Про ПРЛ стоит сказать отдельно. Наряду с БАР, это не стигматизированный, а «модный» диагноз, поскольку им страдали многие творческие люди и знаменитости. Тем не менее, это очень тяжелое расстройство, в котором по факту мало романтического и есть огромный риск для жизни. Создательница специально предназначенной для лечения ПРЛ диалектико-поведенческой терапии (ДБТ) Марша Линнехан, которая сама страдала пограничным расстройством личности, отмечает, что психика людей с ПРЛ подобна коже с ожогом третьей степени. Они необыкновенно обостренно воспринимают этот мир, его краски для них яркие и контрастные, как будто на мир наложили фильтр; чувства ПРЛ-щика бурные, экспрессивные, болезненно-мучительные для него самого; он мечется из крайности в крайность, от идеализации к обесцениванию и обратно; ему трудно выносить эти «эмоциональные качели» и приступы гнева; ему тяжело с самим собой, а окружающим тяжело с ним.
ПРЛ-щика гложет невыносимое чувство пустоты, которое он заполняет импульсивными покупками, случайными сексуальными связями, перееданием, рискованными приключениями. Он живёт на грани, на лезвии ножа. Но главное – человек с ПРЛ компенсирует свою пустоту болезненной любовью к favourite person, другому человеку, которого он сначала возносит на пьедестал, а потом вдруг обесценивает и сбрасывает оттуда, разбивая вдребезги; к тому же, он очень боится быть оставленным этой любимой персоной. Страх быть брошенным, чувство пустоты и эмоциональные качели настолько непереносимы, что ПРЛ-щик тяготеет к самоубийству, он просто дышит этой суицидальностью. Кроме того, люди с ПРЛ склонны к употреблению алкоголя и более тяжелых психически активных веществ, а также к самоповреждению, так называемому селфхарму: на высоте страданий они наносят себе различные повреждения, чтобы заглушить эмоциональную боль и почувствовать себя живыми. У них даже бывают кратковременные психотические эпизоды, спровоцированные стрессом.
Кто «лучше» – невротик, пограничник или психотик? «Плох» или «хорош» человек с ПРЛ? Такие обывательские вопросы не имеют смысла, ибо Всевышний Аллах создал людей разными, и в этом глубина Его замысла. Искренний иман (вера) преображает человека любого психологического типа, в том числе человека с ярко выраженным диагнозом ПРЛ, вызволяя его из бездны суицидальности и аддикций. Для нас, мусульман, уровень функционирования личности не может быть критерием ее оценки, ибо Всевышний Аллах в Коране обозначил совсем иной критерий:
О люди! Воистину, Мы создали вас из мужчины и женщины и сделали вас народами и племенами, чтобы вы узнавали друг друга, и самый почитаемый перед Аллахом среди вас — наиболее богобоязненный. Воистину, Аллах — Знающий, Ведающий (Коран, 49:13).
Автор: Анастасия (Фатима) Ежова
Дизайн обложки: Екатерина Здорова
